Маркони
Гульельмо
Маркони
Маркони
Гульельмо
Маркони
Для нас, итальянцев, лауреат Нобелевской премии по физике 1909 года фактически считается изобретателем радио. Но в остальном мире это не так: согласно решениям Верховного суда США и Высокого суда Великобритании, изобретателем радиосвязи является Никола Тесла. Поэтому после решений 1940 года права по патентам были признаны за Теслой.
Значит ли это, что Гульельмо Маркони был мошенником? Конечно нет. Маркони упорно искал способ передачи радиосигналов, и спустя столько времени уже не столь важно, был ли он знаком с технологиями Теслы. Он внёс значительный вклад независимо от того, принадлежало ли открытие именно ему; по крайней мере, такова моя точка зрения.
Маркони происходил из обеспеченной семьи и мог вкладывать большие средства в свои эксперименты. Особенно важную роль в осуществлении многих опытов сына сыграла его мать.
Среди слов, которыми я мог бы охарактеризовать Маркони, нет слова «изобретатель». На деле он был отличным техником, слабым учёным, и, кроме нововведений в телеграфии, приписать ему многое трудно.
Вероятно, именно пропаганда Муссолини, радушно принявшего Маркони в свою партию, закрепила его имя в истории и навсегда связала его с образом итальянского гения, изобретшего радио. Но действительность была несколько иной: если бы Маркони не сопутствовала необыкновенная удача — не денежная, а именно благосклонность судьбы, — его имя, вероятно, осталось бы совершенно неизвестным. И всё же он получил Нобелевскую премию.
Между строк стоит помнить: Нобель изобрёл динамит. Вспомним также имена лауреатов этой знаменитой премии, в том числе премии мира, и сделаем собственные выводы. Многие, несомненно, её заслужили; другие — и таких немало — на мой взгляд, нет.
И всё же — Маркони!
Он пришёл к одному из своих преподавателей — Аугусто Риги, выдающемуся итальянскому физику, который не получил Нобелевскую премию, зато его именем назвали астероид. Маркони объяснил профессору, что намерен использовать знания, полученные на курсах физики, чтобы передать радиоволну за горизонт — даже через Атлантику. Риги посоветовал ему начать учёбу заново, поскольку тот не понял основ, и напомнил, что Земля не плоская. Почему?
Причина такой резкости Риги проста и остаётся верной до сих пор: электромагнитные волны распространяются по прямой и могут огибать препятствие, если оно меньше длины волны. У электромагнитной волны есть частота, например 300 кГц, по которой можно вычислить её длину в метрах — лямбду. Волна частотой 300 кГц имеет длину около 600 метров: если на пути встретится холм высотой 500 метров, сигнал за ним ещё можно принять; если же холм высотой 650 метров, волна упрётся в него и за холмом сигнала не будет. Маркони утверждал, что Риги ошибается и что электромагнитные волны распространяются параллельно поверхности, следуя кривизне Земли. Риги прогнал Маркони, вновь напомнив ему, что Земля не плоская.
Вот почему сегодня мы пользуемся спутниками?
Всё очень просто: Риги был совершенно прав. Невозможно передать волну — или, если угодно, радиосигнал — за линию горизонта без промежуточных ретрансляторов. Вопреки утверждению Маркони, волны не следуют кривизне Земли; чтобы достичь удалённой точки, сигналу нужна ретрансляция из космоса.
При финансовой поддержке матери Маркони подготовил опыт по передаче радиосигнала через океан, чтобы доказать свою теорию научному миру. Эксперимент был публичным; на нём присутствовали журналисты и известные люди того времени. Сегодня мы знаем, что опыт удался, и Маркони стал легендой. Научный мир тем временем оказался в глубоком замешательстве: одно из двух основных положений тогдашней науки непременно должно было быть ошибочным — либо электромагнитные волны не распространяются по прямой, либо Земля плоская. Сегодня мы знаем, что Земля не плоская и электромагнитные волны распространяются по прямой. Так как же Маркони удалось передать сигнал?
И здесь в дело вмешались судьба и удача. Маркони уже повезло родиться в богатой семье, которая позволила ему финансировать ошибочные теории, но к этому добавилась ещё и погода. Незадолго до опыта одна из двух антенн серьёзно пострадала: из-за большой высоты антенну на американской стороне повалила гроза. Ремонт занял несколько часов, и эксперимент перенесли на вечер. Сегодня мы знаем, что вечером и ночью ионосфера приобретает свойства, благодаря которым электромагнитная волна не уходит в глубокий космос, а отражается обратно к Земле. Волна Маркони отскакивала между Землёй и ионосферой, словно шарик в автомате пинбол, и достигла второй антенны. Теория Маркони была ошибочной, но случайно сработала — благодаря той самой непредсказуемой случайности, которую наука с её недостатком смирения не любит признавать. Вернее всего тогда было бы сказать: «В теории это не должно работать…»
Представьте, что произошло бы, если бы эксперимент провели среди бела дня!
И вот почему, вероятно, Альберт Эйнштейн был совершенно прав, когда говорил:
«Теория — это когда всё известно, но ничего не работает. Практика — когда всё работает, но никто не знает почему. Мы объединили теорию и практику: ничего не работает, и никто не знает почему!»
Если применить это высказывание к данному случаю, практика Маркони работала, но никто не знал почему; объяснение появилось лишь много лет спустя. Для полноты картины: профессор Риги завершил свою научную деятельность именно исследованиями ионосферы.
Я понимаю, насколько кощунственно может звучать написанное выше, но хочу искренне и субъективно выразить своё мнение о Маркони, чтобы меня не поняли превратно. Я глубоко уважаю и восхищаюсь человеком, который благодаря упорству и настойчивости не отказался от своих убеждений и осмелился бросить вызов официальной науке — и победил. То, что сам Маркони исходил из ошибочной идеи, не так уж важно, если вспомнить, что после него появилась радиосвязь и мы поняли, что такое ионосфера. Если бы он не попытался, разве кто-нибудь другой вложил бы деньги и время в то, что «не могло работать»? С этой точки зрения Маркони скорее герой, чем изобретатель. Он на практике показал: тот, кто изучает и применяет каждый известный аспект явления, возможно, никогда не откроет в нём ничего нового, но случайно поможет кому-то другому открыть нечто в области, о которой тот почти ничего не знает. Сколько открытий было сделано случайно? Очень много. Можно сказать, что любая теория и любой эксперимент основаны на наблюдениях, которые для удобства анализа упрощают реальность; лучшие учёные умеют выделить явление, исключив всё несущественное или кажущееся несущественным. Если выразиться ещё короче, почти по-квазимодовски: теория — это приближение к реальности. И Гульельмо Маркони это доказал!
Немногие учёные и исследователи умеют сохранять открытость мышления и учитывать то, что считается «невозможным». Не будем обобщать: есть вещи, в которых можно быть уверенным на 99,99999%, а в других — лишь на 95%. Но не может ли оставшиеся 5% случайности, удачи или незнания — называйте как хотите — скрывать невероятно полезное открытие? Стоит ли вообще говорить, что некоторые вещи «невозможны»? Может быть, лучше сказать, что они крайне маловероятны, что «в теории» это не работает, но «на практике…», вместо того чтобы выносить приговор и возводить непреодолимые стены?
Возможно ли путешествовать во времени? Маловероятно!
Есть ли инопланетяне на Луне? В теории — нет!
Можно ли отклонить гравитационное поле Земли? Не знаю!
Вот так, с такими ответами, мы всё же оставляем те самые 5% возможности будущему Маркони!